chipstone (chipstone) wrote,
chipstone
chipstone

Categories:

Альтернативная история. Последний шанс - 40.

Глава 35. «Красный» раввинат.

Велимир?

- Слышу тебя, Князь.

- Раввины наконец до чего-то договорились, на встречу просятся. Мы предполагаем принять их послезавтра в 15 часов. Будешь?

- Буду обязательно, Князь.

- Тогда тебе стоит подойди на час раньше, хотелось бы задать тебе несколько вопросов.

- Буду.

*****

В оговоренный день в два часа дня Велимир был в приемной у Поскребышева. С того первого раза, увидев в глазах Сталина неудовольствие по поводу своего незаметного появления, Велимир решил держаться как нормальный человек. Даже пропуск себе в Кремль справил. А что, он теперь, можно сказать, официальный представитель хранителей Ведического Православия, постепенно выходящего из подполья. Круг владык решил, что раз он на первый контакт с властью ходил, вот пусть теперь и дальше за все отдувается, занимаясь налаживанием отношений с государством.  Теперь каждому куча дел нашлась, на разрыв. Надо было постепенно восстанавливать Общины, набирать учеников. Хорошо Лексей со своими детскими специнтернатами подвернулся. А то ведь народ даже в глубинке пора косился осторожным глазом. И чего удивляться? Ни один даже самый старый дед ни одного волхва живого в жизни не видел. И ни отец его, ни дед про такое не рассказывали. Эх, все же слишком много времени прошло. Успела Церковь на русской земле закрепиться. Но ничего, время для волхвов не имело значения. Они провидели, как будет дальше. И не торопились. Все от естества идти должно, родовая память, пробудившись, сама все подскажет. А потому никого к себе не заманивали, но и пришедших даже полюбопытствовать не гнали. Редкие общины, разбросанные по самым медвежьим уголкам огромной страны, пока лишь обустраивались и привыкали жить, не таясь. Главное было в другом. Велимир не стал говорить о том Лексею, но контакт между «половинками» Велеса, проявившийся в случае с ним, означал одно. Древний могучий Бог восстанавливал свою полноту. Это был явный признак того, что его земная вахта подошла к концу. Перемены грядут. Уже очень скоро стоит ожидать проявления других Богов Рода Божьего. Со Сварогом-батюшкой во главе. Великая Ночь кончилась. Они выстояли. Но если потребуется, выстоят еще. Теперь уже нет никаких сомнений. Удалось сберечь главное – Веру и Знания. Не сгинули во тьме веков.

Да и Князь нынешний настоящий. Не слабак. Такой страну в обиду не даст. Жесток только без меры, но так и время такое. Станешь разговоры разговаривать, враз без головы останешься. Сколько веков в народе внутреннюю вражду взращивали. Без крови и насилия за короткое время не соберешь. А разобщенность, она ведь как червяк, изнутри дерево точит. Вовремя не заметишь, глядь, а внешне могучий дуб изнутри уже одна труха.

Вот еще бы успеть витязей достойных подготовить. Материал есть и много его. Сильные светлые ребята. Далеко пойдут, если направлять и учить. Ну Всевышний попустит, выдюжим. А пока надо ко встрече подготовиться. Иудейские жрецы не слабый противник. А сегодня, Велимир чувствовал, будет один из сильнейших. Такой ни одной ошибки не простит. Ну да на своей земле стоим. Справимся.

Сталин не стал долго держать Велимира в приемной. Не прошло и десяти минут, как из кабинета вышел Артузов, окинул удивленным взглядом фигуру волхва, но ничего не сказав, вышел из приемной. И сразу же Поскребышев предложил Велимиру пройти в кабинет.

- Здравствуй, волхв Велимир! – Сталин постепенно освоился с манерой общения волхва, хотя она резко отличалась от всего, к чему он привык. Но прямая и грубоватая манера волхва и даже его привычка величать его Князь Сталину, чего греха таить, нравились. Он вообще любил сильных и честных людей, принимая их сразу и целиком. Правда, только в тех случаях, когда они не могли составить ему конкуренцию и претендовать на его место. Волхв явно был не из этого числа. А потому Сталин, чего с ним почти не бывало, сам тоже начал именовать волхва «на ты».

- Здрав будь и ты, Князь, - степенно ответил Велимир, усаживаясь по жесту Сталина к столу.

- Хотел, пока время есть, с тобой посоветоваться по другому вопросу. А потом и к раввинам перейдем. Нас очень беспокоит Гитлер с его увлеченностью оккультными науками. Разведка сейчас докладывала, что Гитлер проявляет очень большую активность в мистической области. Послал несколько экспедиций на Тибет, оттуда какой-то к нему странный народец понаехал. Орден мистический создал, а теперь еще и с англичанами контакты его специалистами оккультных наук установлены. Насколько это серьезно и опасно для нас? Ты, как нам представляется, должен разбираться в этих вопросах? Вот, взгляни на документы.

Велимир бегло проглядел аналитические записки и задумался. Конечно, какой-либо конкретики по этому вопросу он не знал, но какое-то шевеление Нави в районе Европы и в Гималаях они чувствовали уже давно.

- Смотря как воспринимать, Князь. Сама по себе попытка, основываясь на древнескандинавской мифологии, докопаться до корней и серьезной магии особой угрозы не представляет. Не было там уже основ, а без них по большей части фокусничество получится. Англичане это совсем иная магическая школа, атлантическая. Они с нашей арктической магией между собой плохо сочетаются. Скорее глушат друг друга. Так что и здесь опасности непосредственной не вижу. Да и вряд ли саксы что-либо серьезное от себя отдадут. Не тот народец. Забрать, это они запросто, еще и с рукою вместе, если зевнешь, а чтобы отдать, нет. Не приучены делиться честно. А вот Тибет посерьезнее будет. На Тибете множество старых школ есть. Там такие места, что еще войну Арктиды с Атлантидой помнят. И знание в поколениях передается.

Сталин кивнул. Про историю человечества в изложении волхва он был уже в курсе. Алексей буквально на следующий день все рассказал.

- А еще там особая священная гора есть. Местные ее Кайлас называют. Как считают индусы, именно на ней находится резиденция Шивы-Велеса, откуда он взирает на мир.

- А на самом деле?

- На самом деле Велес ни на какой горе, разумеется, не сидит. Но много тысячелетий назад Земная ось повернулась. Ранее эта гора находилась прямо на северном полюсе, и ее вершина была устремлена строго на Полярную звезду, Тару.  Наши предки называли эту гору Меру и считали священной. В ней действительно осталось много магической энергии. Ведь ей поклонялись бесчисленные поколения наших предков, причем, во времена именно магической цивилизации, когда любая четкая мысль была настолько сильна, что даже могла материализовывать предметы. Но когда Земля совершила поворот оси, произошло разделение горы на тонком и физическом плане. На тонком она осталась по-прежнему на северном полюсе, а на физическом перешла в Тибет. В результате Силы в ней осталось ровно столько, сколько смог вместить в себя ее камень. И вот уже несколько тысячелетий эта Сила лишь тает. Но ее все еще достаточно, чтобы натворить немало бед, если к ней добавить знания. Я сомневаюсь, что из тибетских хранителей кто-то выдаст немцам настоящие тайны. Но кое-что они получить оттуда смогут.

- Что мы можем сделать? Послать своих людей? Помешать им на месте?

- Не будем торопиться, мне необходимо подумать и пообщаться с Кругом владык. Я дам знать. Может быть, придется и послать, но постараемся обойтись без этого.

-Хорошо, решим после. А сейчас давай по иудеям. Есть какие-нибудь мысли на их счет?

- А с ними все более или менее понятно. Если раввины не дураки, а идиотов среди них никогда не было, то на сотрудничество пойдут. Не могут не понимать, что в противном случае им ни здесь, ни где-либо в другом месте покоя не будет. Попробуют, разумеется, выторговать кусок побольше и повкуснее, это племя без торговли не может. Но согласятся на любой приемлемый вариант. С надеждой переиграть позже, когда наберут силу. Ну и если позволить, то и надуть попытаются, как же без этого. Ты же должен понимать, Князь, что все время Великой Ночи власть именно на Лжи держится. Во всем мире так. А Велесов сын Ярила в образе Яхве именно с их племенем зарочился. Так что без этого не обойдется. Не сейчас. Так позже попробуют. Могли бы и морок навести. Но ты и сам силен, да и я защиту поставил. А в остальном для того я здесь и сижу, чтобы сейчас не случилось, а позже не получилось. Есть у тебя среди людей несколько евреев не выкрестов, которым доверяешь?

- Найдутся.

- Вот и заставь раввинов после того, как до всего договоритесь, в синагоге на Торе твоим евреям поклясться, что договор блюсти будут и никогда не нарушат. Это они по отношениям к гоям от обязательств свободны, а по отношению к своим, да еще в синагоге, поостерегутся лукавить.

- Хорошо, так и сделаем. А что ты можешь сказать по сути договора, а Велимир?

- Тут совсем простого решения быть не может. Вот ты недавно объявил, что теперь народ будет единым. Но с евреями так нельзя. Их ядро, как народа не в земле, не в родовых связях, а в общинных и религиозных. Знаешь, сколько на самом деле в них кровей намешано? Отними синагоги и не будет евреев.

- Так, может быть, нам так и стоит сделать? – Сталин лукаво посмотрел на волхва.

- Можно-то, можно, но проблем будет куда больше. Часть наиболее умных и сильных рванет за границу. Потеряешь неплохие кадры, а у тебя с ними и так не густо. Но гораздо хуже другое. Во-первых, на тебя ополчатся все евреи мира. А они немалую силу в разных странах набрали. Тебе эти проблемы нужны, когда война на пороге? Но еще хуже второе. Ты же свободу Веры объявил? Евреи так давно здесь живут, что запрети им молиться своему Яхве, так они такой хай поднимут до небес, что тебе и все остальные народы верить перестанут. А у тебя проблема на проблеме. Что с верой, что с национальными противоречиями. Нет, Князь, ты слово дал, теперь держать надобно.

- Хорошо, тогда что предлагаешь?

- Будучи употребленными в правильном месте и в правильном качестве, евреи очень даже полезны. Тебе хозяйство поднимать надо, промышленность, торговлю? А медицину? А культуру народную? Во всех этих областях ты без них долго не обойдешься. Но только нельзя их во власть пускать даже через баб, нельзя выше директорского уровня отдельных предприятий на  производство назначать, надо в идеологическом смысле на культурном фронте жестко контролировать. Тогда все будет хорошо. Да еще кусок земли какой-никакой выделить надо. Пусть свою землю почуят, осядут, потом их оттуда не сдвинешь.  Главная их опасность всегда была, что они как перекати-поле. Везде чужие. А на своей земле разнежатся, будут не хуже прочих народов. Только об одном всегда помни. Они были, есть и будут чужим для Руси семенем. Врагами тогда были, такими и остались. Про войну древнюю чую, Лексей тебе поведал, вот и помни. Но держи к себе поближе, чтобы через своих евреев чужих в узде держать мог.

И еще. Отдавай не скупясь, чтобы они серьезное отношение к себе почуяли, только возьми и с них полной чашей. Если возьмешь меньше, то они обрадуются, но слабостью посчитают. Не надобно тебе того. Они силу твою видеть должны, тогда и глупости свои насчет обмана попридержат.

В это время зазвонил телефон. Поскребышев доложил, что в приемной ожидают раввины.

На этот раз раввины пришли втроем. К двум прошлым посетителям сталинского кабинета добавился только любавичский ребе. Всех прочих решили не брать, чтобы не усложнять процесс переговоров. Увидев волхва, ребе сразу напрягся. Он не сразу понял, кого видит перед собой, но силу не почувствовать просто не мог, да и Велимир ее специально прятать не стал.

На мгновение воздух между двумя магами чуть ли не зазвенел. Ребе попытался прощупать противника, но мысленным взором увидел перед собой лишь монолитную стену, окружавшую волхва и Сталина. Вся фигура раввина выказывала крайнее напряжение. Волхв смотрелся спокойней, но было видно, что и ему противостоять давлению дается непросто.

Сталин заинтересованно смотрел на обоих, не произнося ни слова. В какой-то мере ему было даже интересно увидеть столь явное соперничество.

Однако, ментальное противостояние оппонентов длилось лишь какое-то мгновение. Следующие за ребе раввины даже не успели еще ничего понять, благо фигуру волхва рассмотрели не сразу, а напряжение уже спало. Раввин молча наклонил голову, признавая волхва достойным соперником и отступая. Лишь после этого он посмотрел на Сталина и произнес положенные приветственные слова.

Сталин, взглянув на довольный вид Велимира, тоже мгновенно расслабился и пригласил вошедших к столу. Переговоры начались.

Предоставив в начале вести беседу своему отцу, уже знакомому со Сталиным, ребе напряженно размышлял. Такого он не ожидал даже в своих худших  предположениях. Сидящий напротив высокий крепкий старик обладал колоссальной силой. И он здесь явно не случайно. Теперь о каких-либо попытках воздействовать на Сталина ментально или словесно лучше даже не пробовать. Потерять можно многое. Слишком многое. Да и необходимо для начала выяснить общие перспективы.

- Тебе нечего бояться, жрец. Я здесь лишь для того, чтобы все было нормально. Но и чудить не вздумай. Ты на моей земле, - раздался вдруг в голове ребе голос, а Велимир спокойно ответил на взгляд и слегка кивнул. – Мол, я это.

Довольно быстро собеседники поняли, что достойны друг друга в умении ходить вокруг да около, не решаясь открыть карты. Наконец, Сталину, который сделал для себя все необходимые выводы, это надоело и он, обращаясь напрямую к ребе, произнес.

- А может нам пора положить все карты на стол? А то так и будем наводить тень на плетень.

- Товарищ Сталин, хотелось бы прояснить Вашу позицию насчет еврейского народа в свете объявленного Вами курса на единение всех национальностей в единый советский народ. – попытался продолжить разговор московский раввин, понимая, что ребе, возможно, требуется время на определение своей позиции, - Что будет с евреями? Не хочу показаться невежливым, но предпочитаю называть вещи своими именами. Вы не можете не понимать, что в отличие от всех прочих народов СССР евреи просто прекратят свое существование. Для них, слишком давно не имевших своей земли, образование национально-культурных заповедников не панацея. Евреи привыкли жить общинами, формирующимися вокруг синагог. Ликвидируй общину и евреев не будет. Мы же не можем загнать всех евреев в заповедники.

- Товарищ Сталин. – Вступил, наконец, в разговор ребе. Я не буду долго ходить вокруг проблемы, Ваше время бесконечно ценно, чтобы отрывать его глупостями. Я скажу одно. Мы прекрасно понимаем, что условия диктуете Вы. Учитывая тот факт, что эта встреча и предыдущая вообще состоялись, то, что Вы пожелали моего приезда в СССР, уже сами по себе говорят, что Вы видите для себя какие-то варианты  использования многомиллионную общину евреев Советского Союза как в интересах всего советского народа, так, я надеюсь, и в интересах еврейского народа. Мы готовы согласиться на любые условия, которые позволят евреям СССР успешно развиваться вместе со всей страной.

- Вместе со всей страной, говорите, товарищ Шнеерсон, - ухмыльнулся Сталин. – Давайте не будем лукавить, Вы сами никогда не согласитесь на то, чтобы стать полноценной частью советского народа. Для вас сохранение еврейских общин, традиций и веры всегда будут высшими приоритетами. Так?

- Так, товарищ Сталин.

- Ну вот. Пойдем дальше. Сохраняя и оберегая превыше всего собственную национальную идентичность, вы, евреи, обязательно попытаетесь обезопасить себя любыми доступными способами. Заметьте, мы пока ничего не говорим о какой-либо враждебной или подрывной деятельности. Мы говорим лишь о том, что вы попытаетесь занять позиции во всех органах власти, экономики и других областях жизни. Просто для безопасности. А потом для сохранения этой безопасности вы автоматически попытаетесь набрать и всех подчиненных из своих. Не так ли, товарищ Шнеерсон? Я в данном случае совершенно никого ни в чем не обвиняю. Я лишь рассказываю естественную логику развития ситуации. И как Вы думаете, товарищ Шнеерсон, когда мы это увидим, что по-вашему мы сделаем?

- Ничего хорошего, думаю, для моего народа Вы, товарищ Сталин, не сделаете.

- Правильно думаете, товарищ Шнеерсон. И ведь с нашей стороны это тоже будет лишь естественная защита от потери власти, доставшейся нам большой кровью. Причем, заметьте, это власть принадлежит всему многонациональному советскому народу.

- Так где же выход, товарищ Сталин?

- Выход? Выход есть, товарищ Шнеерсон. Он, во-первых, в том, чтобы открыто признать, что наши народы и ваш народ хоть и живут долгое время на одной земле, но всегда относились к разным цивилизациям. У них разные задачи, цели, взгляды на жизнь. Разные ценности. Русский народ, например, всегда относился к другим народам как к братьям, никогда не протестовал против соседского или даже совместного проживания на одной земле. Он возмущался лишь тогда, когда кто-то пытается сесть ему на голову. Да и то не сразу. Ваш же народ имеет принципиально иное отношение к другим народам. Надеюсь, вам, раввинам, не стоит напоминать, что именно записано в вашей Торе насчет отношения к гоям? Таким образом, выход начинается с признания различий и устремлений. А вот далее следует думать над тем, как эти различия сделать не слишком принципиальными.

Выход в том, чтобы открыто признать, что целью вашего народа, записанной в ваших священных книгах, указано стремление к мировому господству любой ценой. Выход в том, чтобы признав все это, найти способы объединить усилия вашего народа и наших народов на достаточно длительную перспективу. Сегодня в СССР проживает практически половина всех евреев мира. Почему бы вам, товарищ Шнеерсон, не приложить максимальные усилия вашего народа для того, чтобы земля, на которой проживает половина евреев процветала? Ведь достижение мирового господства дело долгое, и его не достичь даже за несколько поколений.

- Мы двумя руками за такой подход, товарищ Сталин, но что в конкретике?

- А в конкретике следующее. Вам с чего начать, с плохого, неоднозначного или хорошего, товарищ Шнеерсон?

- Давайте с плохого, - напрягся ребе.

- Плохое для вас в том, что никто из вас не будет работать в партийных органах или органах государственной власти. В экономике потолком для вашего народа будут должности директоров предприятий. Все исключения, если потребуются, будут утверждаться персонально на высшем государственном уровне. Плохое в том, что для любого партийного и государственного деятеля жена-еврейка будет автоматическим тормозом в его карьере. А проверять этот вопрос мы будем тщательно. Вот, собственно, и все плохое. Ах, нет, забыл еще одно. За проступки любого из вашего народа отвечать будет вся община. И материально, и морально, вплоть до закрытия синагоги. Вот теперь действительно все. И не подумайте, что это специально для вас придумано. У нас теперь за всех Роды отвечать будут. А поскольку у вас вместо родов религиозная община, то ей и отвечать. Но все евреи, которые захотят выйти из общин и стать полноценной частью нашего советского народа, будут приняты как равные. Вот только игрищ с этим мы не допустим. Не тот вариант, чтобы как раньше решать проблемы путем крещения. На двух стульях сидеть не дадим. Попробовать, конечно, можете, но не обессудьте.

О мере того, как Сталин говорил, евреи молча переглядывались и все больше мрачнели. – А позволено ли теперь будет узнать о хорошей стороне вопроса, товарищ Сталин? – наконец вымолвил ребе.

- Пожалуйста. Вы можете открывать свои синагоги и ешивы в любых регионах СССР. Но мы не потерпим никого подполья. Мы также не потерпим никакого тайного сообщения через синагоги с заграницей. Это понятно? Любой зафиксированный случай станет поводом для немедленного закрытия синагоги навсегда. А то и для роспуска общины.

Под еврейскую национально-культурную автономию мы готовы выделить вам полуостров Крым. Разумеется, армия и органы НКВД будут подчиняться центру. Но самостоятельность административного руководства, развитие любых традиционных ремесел и даже артельного производства и торговли мы вам гарантируем. Но вы должны понимать, у нас одна страна и Крым по-прежнему будет ее частью. Назначение на все ответственные должности принимать будем мы, но по представлению вашей крымской общины. Она же и будет отвечать за деятельность назначенных с ее подачи лиц. Хотя этот пряник не только сладкий. Вы должны будете в течение пяти лет переселить в Крым не менее миллиона евреев. Вы возьмете на себя все вопросы контроля крымских татар и греков. В случае необходимости НКВД вам поможет, но отвечать будете вы. Как вам такая территория под культурно-национальный центр-заповедник?

Раввины сидели, как обухом по голове ударенные. Такого масштаба они явно не ожидали. Они, идя на встречу, готовы были доказывать необходимость выделения им земли, готовы были биться за каждый лишний квадратный километр. Но получить в подарок от Сталина Крым они даже не мечтали. Это же будет настоящий Эрец Исраель, куда там пустынной Палестине. Одно это делает их движение Хабад наиболее влиятельной силой во всем мировом еврействе. Это поистине царский подарок. Но что за такой подарок Сталин попросит, вот в чем вопрос? В том, что расплачиваться за него придется, ребе не усомнился ни на секунду. Уж больно глубоко Сталин проник в еврейскую тему, чтобы этого не понять.

- Не спешите радоваться. В добавление к Крыму вы должны будете создать аналогичный центр на Сахалине. В его северной советской части. В течение пяти лет вы должны будете заменить все имеющиеся там японские концессии своими предприятиями. Они будут иметь государственный статус, но часть прибыли от них будет распределяться на развитие региона. Это мы вам обещаем. Да, и сто тысяч переселенцев минимум. В дальнейшем Сахалин вашими усилиями при нашей помощи и поддержке должен будет затмить Гонконг. Защитой обеспечим. Все прочие условия, такие же как в Крыму.

Услышав про Сахалин, раввины несколько поумерили оптимизм. - Вот и оплата. - Но, тем не менее, до конца его не потеряли. Да Сахалин это намного труднее, чем Крым. И климат там не такой ласковый и расстояние до центра страны огромное. И отнюдь не миролюбивые японцы под боком. Но ведь это тоже земля. И теперь это будет их земля. Восточный, азиатский Израиль. А к трудностям переездов им не привыкать. Да и японцам найдется, что противопоставить.

- Это не все, - продолжил Сталин, - недавно мы заключили договор с американцами о создании в США двух банков и инвестиционного фонда с советскими капиталами. Помимо этого мы в скором времени планируем выпуск некоторых новых товаров, их патентование и даже организацию производств в разных странах. Мы можем предложить управление этими активами вашему народу. С одним условием. Община будет получать ровно двадцать процентов от прибыли с этих активов. Но не дай вам бог украсть хотя бы цент. Интересно?

- Это очень интересное предложение, товарищ Сталин. Но я по-прежнему ощущаю некоторую недосказанность.

- Все верно. Самое главное не в деталях. Детали всегда можно будет оговорить и решить. Самое главное в том, что лично Вы, седьмой любавичский ребе Менахем-Мендель Шнеерсон, как и Ваши присутствующие здесь товарищи лично на себя возложите всю ответственность за соблюдение достигнутых здесь договоренностей, если Вы примете все предложения. А они делаются лишь все в комплексе. А чтобы эта ответственность не была формальной, вы трое принесете клятву на Торе в московской синагоге перед лицом свидетелей одной с вами крови. Думаю десятерых евреев с нашей стороны для принятия клятвы будет достаточно? И последнее. В дальнейшем ваши преемники будут приносить такую же клятву.

Как же ребе Шнеерсон ошибался, когда думал несколько минут назад, что он уже не способен удивляться сильнее, чем уже смог удивить его Сталин. Сейчас он испытал настоящий шок. В не лучшем состоянии находились и другие раввины. Но одновременно с шоком ребе испытал странное чувство настоящего внутреннего уважения к Сталину. Это без сомнения был сильный лидер. Да, он очень многое предусмотрел, прямо сейчас ребе точно не видел ни одной оставленной щелочки, позволившей бы выскочить на свободу от навязанных условий. Да и сами условия были, прямо скажем, не плохи. Да что там не плохи, они были просто шикарными. Послужить такому вождю будет не зазорно. На протяжении длинной истории еврейского народа им часто приходилось приспосабливаться под самые различные условия и самых разных правителей. Но редко, кто из них был настолько этого достоин. К социализму евреи в принципе так же не испытывали особого отторжения. Традиционно общинный уклад еврейской жизни отлично вписывался в новые рамки. Да, часть их силы, связанная с финансами и ростовщичеством, оказалась уничтоженной, но жизнь длинная, а деньги не отменили даже коммунисты.

Tags: АИ-ПШ, МОЕ, Сказка
Subscribe

  • Немного грустный пост-прогноз

    приношу извинения за шрифт, но писал большим тэгом 14. Вставилось как есть. В очередной раз в Сети бушует ураган в стакане воды. Наши либералы…

  • «Хто» мы есть?

    Наш язык потрясающе точен и образен, если дать себе труд просто вдуматься в обычные и привычные слова, которые все с такой легкостью применяют к…

  • Зачем потратили 200 млн. вечнозеленых (Увы, не шмогла-2)

    В первой части мы рассмотрели сам факт удара и постарались оценить его с точки зрения результатов, которые, отталкиваясь только от фактов, выглядят…

promo chipstone january 25, 2012 09:41 16
Buy for 10 000 tokens
Совершенно не думаю, что кому-либо стоит это делать. Но если вдруг окажется невтерпеж, то это очень дорого. 10800 жетонов сразу. Просто, чтобы не было дурных идей.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 124 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

  • Немного грустный пост-прогноз

    приношу извинения за шрифт, но писал большим тэгом 14. Вставилось как есть. В очередной раз в Сети бушует ураган в стакане воды. Наши либералы…

  • «Хто» мы есть?

    Наш язык потрясающе точен и образен, если дать себе труд просто вдуматься в обычные и привычные слова, которые все с такой легкостью применяют к…

  • Зачем потратили 200 млн. вечнозеленых (Увы, не шмогла-2)

    В первой части мы рассмотрели сам факт удара и постарались оценить его с точки зрения результатов, которые, отталкиваясь только от фактов, выглядят…