?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Глава 6.
Пять лет на флоте стали очень важным периодом жизни Андрея. Оглядываясь потом назад, он с благодарностью вспоминал и службу, и Старика, с подачи которого он попал в имперский флот.
Начало было традиционным для любой армии мира из любого времени. У этого периода есть множество названий, давильный чан, плавильный котел и куча других не менее красочных определений. Суть одна. Из новобранцев выжимают все соки и силы, доводя до пределов их физических и моральных возможностей, а иногда и заходя за эти пределы. При всех расхожих ужасах об этом этапе становления воина, происходящее очень осмысленно и совершенно не является проявлением чьего-то злого умысла. Цель этого этапа отнюдь не в том, чтобы показать новобранцу всю ничтожность его личности, втоптать в грязь или, хуже того, довести до самоубийства. Самая первая задача любого сержанта-держиморды это отучить новобранца думать и рассуждать. И научить вместо этого мгновенно подчиняться команде. И опять не для того, чтобы сделать из него бездумную скотину. Просто иначе из неорганизованной толпы гражданских обалдуев, каждый из которых думает, что «круче только горы» и неважно в какой области, бойцов, а тем более единое войско не создать. Один самый красивый, другой самый умный, третий самый сильный, самый сексуальный, самый оригинальный, самый талантливый …. Самый, самый, самый. Этих самых всегда даже больше, чем бойцов. Если такую толпу повести в бой, то вернется едва один из сотни. Уставы не случайно писаны кровью. За каждым армейским правилом реально стоят многие тысячи смертей, своим примером указавших на ошибки. Правило «трясти, а не думать» отнюдь не такое идиотское, каким кажется в анекдотах. И оно тоже вписано реками крови.
Помимо выбивания из голов новобранцев всяких дурных мыслей «о себе любимых» их прессование на начальном этапе имеет и еще одно важное значение. В подавляющем большинстве случаев человек чего-то не может только потому, что внутри себя он точно знает, что этого он не может. Или хотя бы думает, что не может. И такое «знание» является самым главным тормозом для развития, для преодоления себя и выхода на новый уровень. Заставляя новобранца делать, а не рассуждать, выбив из него все мысли и вынудив реагировать на команды на уровне инстинктов,  тот же сержант-держиморда снимает у него все внутренние тормоза и преграды. Солдат больше не знает, что он умеет, а что нет. Что знает, а что нет. Он просто делает то, что ему приказано делать, делает с напряжением всех сил, физических и духовных. И уже за счет этого добивается на порядок лучших результатов. Конечно, у этой системы, как и у любой другой, есть свои минусы и недостатки. Слабые ломаются. Иногда ломаются фатально. Но таких подавляющее меньшинство. Все прочие, пройдя все круги армейского ада, становятся гораздо сильнее. И тоже не только физически. В первую очередь закаляется их дух. Из слабых беспомощных штафирок они становятся людьми, которые точно знают, что им нет равных, как не бывает невыполнимых задач. Они становятся воинами. С точки зрения системы взглядов, при которых каждая человеческая жизнь священна, а каждая личность уникальна и должна быть защищена от любых трудностей и проблем, военная система воспитания ужасна и не имеет права на существование. И тем не менее, для армии, задачей которой является в ограниченное время подготовить бойцов к дееспособной защите своего народа и государства, это единственный выход. И жизнеспособность самого государства напрямую зависит именно от того, есть ли у нее такая дееспособная армия.
В империи Аратан и с государством, и с армией было все в порядке. А посему новобранцев давили по полной программе. Андрей, даже заранее все это себе представляя и имея похожий опыт на Родине, а потому обходя острые углы везде, где можно, нахлебался от души. Для него положение осложнялось еще и тем, что он вообще не давал себе права расслабиться и сачкануть хоть где-то. Он как будто постоянно ощущал тени Старика и его друга адмирала, стоящие за его плечом. И как бы ни было тяжело, он не давал себе послаблений. Даже по редким выходным, он шел в тренажерный зал, до автоматизма отрабатывая практические навыки, основанные на знаниях из разученных баз. Даже по ночам, когда все остальные дрыхли без задних ног от усталости, он не давал себе заснуть, пока не скомандует нейросети продолжение фонового обучения.
С базами его командиры рассудили довольно здраво. Не зная, к чему у него окажется больше предпочтения и талантов, они приказали потратить месяц разгонного обучения в «Нейросети» на освоение абсолютно всех закаченных баз, но до второго ранга включительно. Благодаря тому, что скорость усвоения материала Андреем была очень высока, он справился за месяц с изучением всех шести десятков баз. Базы были скомплектованы по десяти направлениям «Стратегия и Тактика», «Воин», «Пилотирование», «Навигация», «Вооружение», «Техника», «Боевые роботы», «Энергетика», «Защитные системы», «Кибернетика». Каждое из этих направлений содержало несколько баз различной целевой направленности. Так, например, направление «Воин» содержало в себе базы «Индивидуальный бой», «Стрелковое оружие», «Холодное оружие», «Командование группой», «Диверсионно-разведывательная деятельность» и «Абордаж/Контрабордаж».
Решение учить сразу все базы, но низкого уровня, как выяснилось впоследствии, было абсолютно правильным. Во-первых, второго ранга оказалось на первом этапе обучения вполне достаточно, а, во-вторых, начиная с третьего ранга, изучение некоторых баз требовало знания других баз определенной направленности. То есть для наиболее эффективного и быстрого их освоения требовалось разработать четкую упорядоченную систему последовательности учебного процесса.
К концу первого этапа подготовки, который длился полгода, Андрей смог поднять все базы до третьего уровня. Казалось бы, это очень немного, но при том, что выходных почти не было, а на обучение оставались только ночи, этот результат оказался очень значительным. По крайней мере, по уровню освоения материала и практической подготовке Андрей оказался лучшим в своей партии рекрутов и закончил первый этап в звании сержанта имперского флота. Среди событий, которые Андрей по прошествии лет мог вспомнить из этого периода своей жизни, не осталось практически ничего. Весь процесс слился в единый нескончаемый поток мучений и напряжения сил и воли. Даже из финального комплексного теста, состоявшего из обязательного марш-броска, преодоления полосы препятствий, гонки на боевом атмосферном дроне под огнем условного противника и неизбежного поединка в конце испытания, Андрею запомнилось только то, что через миг после успешного окончания поединка против трех противников, он облегчённо упал мордой в грязь, даже не реагируя потом на то, что его оттаскивали в сторону. Он спал.
Второй этап службы уже существенно отличался от первого. Теперь Андрея наоборот учили думать. Но не вальяжно-расслабленно, а быстро и точно, мгновенно оценивая обстановку и принимая единственно верное решение.  Это был этап освоения космического пилотирования и боя в космосе, а также десантных операций. В течение полутора лет Андрей попеременно менял пилотское кресло, на пилотские и десантные тренажеры, их на бронескафандр десантника, осваивая искусство абордажа и противоабордажа, высадку на планету и штурм укрепленных объектов, а затем до умопомрачения рассчитывал курс корабля во всевозможных гравитационных аномалиях в кресле навигатора и координаты прыжка в другие системы. Он научился летать на все, что летало в атмосфере и космосе, научился ронять десантный челнок на поверхность планеты так, что радары планетарной обороны успевали захватить его как цель лишь иногда и по большей части случайно. Получил значок стрелка-снайпера, гарантированно попадая на штурмовике ракетами в двигательные дюзы условного корабля-противника в восьми раз из десяти с первого захода. Научился почти мгновенно определять точки наибольшей уязвимости своего корабля и успевать перераспределять его щиты, усиливая их кратковременно, но многкратно на самом опасном направлении.
Ответственный подход к делу, равнодушие к выпивке, а здесь с выходными уже было получше, да и бары на космической базе имелись в достатке, и упорное ежедневное и еженощное изучение баз, сделали его лидером его курса. В этом имелись и свои сложности и недостатки. У него было очень мало друзей, в основном таких же упорных, как и он сам. Большинство же считали его карьеристом и выскочкой. Его нежелание проводить с ними время в барах или таскаться за любой станционной юбкой, не сделали его изгоем, но создали ему имидж волка-одиночки. Так что отношения скорее можно было охарактеризовать как сдержанно-отчужденные. При этом Андрей был нормальным молодым человеком со вполне здоровыми инстинктами. И женское общество ему было также необходимо, как и всем прочим. Но в этом деле он предпочитал скрытность и никогда не присоединялся к компаниям. Его фактическое одиночество, а все его приятели были такими же как и он, было неизбежной платой за индивидуальный прогресс.  Несколько раз Андрей задумывался над правильностью такой своей линии поведения. И пришел к выводу, что если бы он собирался оставаться на флоте, то манеру его поведения следовало бы обязательно скорректировать в сторону большей открытости и общительности. Если не сейчас, то при переходе к третьему практическому этапу службы точно. Но поскольку он совершенно был уверен в том, что, собирается вернуться к Старику после окончания контракта, то ничего принципиально менять не требовалось. Безусловно, определенные личные связи на флоте ему не помешают и потом. Но здесь все более или менее было нормально. У старших офицеров он был на хорошем счету, его редкие приятели тоже были среди самых лучших, следовательно, быстрее будут двигаться по службе. Да и остальные, хоть и сторонились его, но относились в целом уважительно. Ведь Андрей никогда не отказывал в просьбе, а во время совместных операций всегда работал на всю команду, никогда не выпячивая свою роль.
Из наиболее ярких событий    с этого этапа службы Андрей выделял лишь одну операцию. Наверное, потому что она была первой и единственной реально боевой. Адреналин просто зашкаливал.
На одну из планет фронтира, вплотную примыкающих к Аратанской империи и находившихся в зоне ее влияния, напали пираты. Колония на планете Галатея была относительно молодой с ярко выраженной сельскохозяйственной и горнодобывающей направленностью. С неба ее прикрывала старая и давно списанная боевая станция «Гром» аж третьего поколения. В самой империи давно пользовались седьмым, постепенно меняя на восьмое. Но для фронтира с его многочисленными и, как правило, слабыми колониями даже такая станция была в радость. Отдельное пиратское судно или даже пару-тройку судов она легко могла отогнать, будучи оснащенной дальнобойными тоннельными орудиями и многочисленными турелями и ракетными кассетами ПКО для ближнего боя. Помимо станции планету защищали два крейсера, тяжелый и средний, а также пятерка эсминцев. Все корабли были того же, 3-го поколения. В общем и целом летающий изношенный хлам, но все еще боеспособный и довольно опасный для решивших испытать это на себе.
В данном конкретном случае колонии и станции просто не повезло. На них вывалилась целая пиратская эскадра, состоявшая из линкора и тяжелого носителя 5-го поколения, трех средних крейсеров 4-го поколения и пары эсминцев, из которых один был даже 6-го поколения. С учетом того, что линкор тоже был оснащен тоннельными орудиями главного калибра, только более современными и дальнобойными, станция сразу лишилась своего главного преимущества. Между линкором и станцией завязалась артиллерийская дуэль, которую станция явно проигрывала. Более современные орудия линкора наносили ей куда больший ущерб, нежели происходило в обратную сторону. К тому моменту, когда станция окончательно замолчала, потеряв последнее работоспособное орудие, линкор был еще практически цел, хотя щиты на нем были сбиты, а пара отсеков парила выходящим и замерзающим воздухом. Больше у линкора в системе противников не было. Он перенес огонь на корабли-защитники и они, пытаясь сохранить боеспособность, начали уклоняться и уходить, скрываясь на другой стороне планеты. Это дало отмашку всей эскадре на приближение к планете и всеобщей атаке.
Операция была спланирована пиратами практически идеально. Видимо, они хорошо представляли себе защитные силы планеты. Но они совершили одну незначительную ошибку. В момент их появления в системе в другом, достаточно удаленном ее секторе разгонялся небольшой транспортный корабль. Причем, находился на его последней стадии перед прыжком. До того, как он скрылся в переходе, он успел принять сообщение с планеты о пиратском нападении и буквально тут же исчез в гиперпрыжке. Перехватить его оказалось невозможным. С системой, куда направлялся транспортник, пиратам также не повезло. Она располагалась очень недалеко, посему транспортник довольно быстро вышел из прыжка и тут же передал сообщение о пиратском нападении на Галатею имперской службе безопасности. Находившаяся на дежурстве в системе, а потому в полной боеготовности  флотская эскадра моментально начала разгон и ушла в прыжок.
Флот появился в системе Галатея в тот момент, когда эсминцы и крейсера пиратов принялись гонять своих древних оппонентов, а линкор и носитель комфортно расположившись на орбите вдалеке от станции, чтобы не попадать под огонь ее систем вооружения ближнего боя, начали десантную высадку на планету под прикрытием сотни ШАКов (Штурмовиков класса атмосфера-космос).
Преимущество в скорости и боевой мощи у вынырнувшей из прыжка имперской эскадре было полнейшим. Как только она показалась в систему, пираты мгновенно оставили все попытки добить еще огрызающиеся корабли защитников и десантную операцию и начали маневр уклонения и разгон. Крейсерам и эсминцам пиратов повезло, находясь на противоположной стороне планеты и используя ее как прикрытие они смогли разогнаться и уйти от                                                                             преследования. Линкору и носителю такого шанса не дали. Тем не менее оба корабля, бросив на произвол судьбы ШАКи и успевший высадиться десант, бросились наутек. Впрочем, попытка, заранее обреченная на неудачу окончилась довольно быстро. Объединенный залп эскадры сначала превратил в огненный шар линкор, а затем отстрелил маршевые двигатели носителю.
Тем не менее, маневр крупных кораблей пиратов высветил одну неприятную для флота проблему. В его составе не оказалось десантного корабля, а соответственно и сил, чтобы быстро уничтожить пиратский десант на планете. Канал гиперсвязи с командованием флота принес информацию о том, что все регулярные десантные части находятся слишком далеко, чтобы предотвратить катастрофу на планете. Но в соседней системе проходила десантную практику большая группа молодняка. После недолгих раздумий командование приказало задействовать ее.
Так Андрей и оказался участником боевой операции. Впервые он вел челнок со своим отделением не под облучением учебных радаров, а под прицелом реальных систем ПКО, да еще и в условиях продолжающейся борьбы флотских истребителей с пиратскими ШАКами в небе Галатеи. Понимая все риски попадания ракет ПКО или ШАКов в относительно медлительный десантный челнок в этих условиях, Андрей постарался выжать из него все, что можно. Плюнув на риски перегрева, Андрей направил челнок буквально вертикально к поверхности с такой скоростью, что со стороны он напоминал то ли уже сбитую машину, то ли горящий несущийся к планете болид. Системы предупреждения о перегреве обшивки не унимались. И даже при этом дважды за время своего падения с орбиты челнок получал по корпусу удары осколками от близко разорвавшихся ракет противника. Лишь по счастливой случайности никто из его бойцов не погиб.
Торможение челнока в нижних слоях атмосферы было еще хуже всего предыдущего. Перегрузка зашкалила за 5G. Металлический корпус челнока стонал едва ли не громче людей, вцепившихся   в поручни своих десантных кресел так, что на стальных трубах оставались реальные вмятины. У Андрея пошла кровь из носа, но он не обращал на это никакого внимания. Борьба со скоростью и одновременно за живучесть челнока отнимала все его силы. Когда челнок в конце концов плюхнулся на поверхность, Андрей едва ли не минуту приходил в себя, хотя по нормативам уже через 10 секунд десант должен был занять оборону вокруг челнока. И то ему помогли выбраться из кресла товарищи. Самое удивительное, что ни у кого из них после такого падения с небес не было сил возмущаться. Все лишь только качали головой, удивляясь тому, что еще живы. Тем не менее, когда позже выяснилось, что из пятидесяти выпущенных с матки челноков до земли добралось лишь чуть более двадцати, и только в челноке Андрея не было ни одного погибшего, на Андрея стали смотреть как на героя. Сумасшедшего, но героя. Даже начальство, влепив ему взыскание за нарушение всех инструкций, одновременно наградило медалью за проявленную самоотверженность. А заодно и значком мастер-десантник.
Вся последующая операция на планете по сравнению со спуском с орбиты выглядела блекло и рутинно. Все же подавляющее преимущество в защищенности скафандров и вооружении, помноженное на дисциплинированность, привели к тому, что пиратов отстреливали как мишени в тире. Тем более, что после таких потерь на начальном этапе по молчаливому согласию было принято решение пленных не брать. Даже командование эскадры не возражало. Тех, кого удалось захватить на болтающемся без движков носителе и информации с его искина хватило, чтобы разобраться, с кем военным пришлось иметь дело. Жесткость подавления сопротивления быстро уничтожило решимость пиратов дорого продать свои жизни, и они начали сдаваться целыми группами. Позже эта десантная операция была зачтена всему курсу в качестве успешной сдачи экзамена по боевому десантированию. Точнее тем, кому повезло остаться в живых. Для себя после этой операции Андрей сделал окончательный вывод постараться держаться от десанта подальше. Настолько насколько позволит ему служба. В конце концов он пришел на флот не для того, чтобы умереть за в общем-то совершенно чужую ему Империю. Он пришел за знаниями и опытом, а для того, чтобы этим багажом в последствии можно было воспользоваться, надо сначала было остаться в живых.
К концу второго этапа, за которым и начиналась настоящая служба, Андрей окончательно определился с тем, на каком корабле он хотел бы провести оставшееся по контракту время. Поскольку он и на этом этапе был среди самых лучших и заслужил звание лейтенанта, ему было дано право выбора. Наверное, в этом сыграла свою роль и заинтересованность в его судьбе адмирала Берга. Андрей выбрал службу на тяжелом дальнем ударном рейдере. Это был уникальный тип кораблей, призванных в одиночку решать различные задачи в неизведанных глубинах космоса. Разведчик с уникальной для такого размера кораблей (более километра в длину) системой маскировки. Ударная мощь сравнима со средним линкором. Мощь двигателей делала его самым быстрым кораблем в своем классе тоннажа. Минимальный экипаж профессионалов с большой степенью взаимозаменяемости с максимальной автоматизацией всех процессов. Для сравнения если на линкоре нормой было шесть искинов, отвечавших за различные типы оборудования и действий, то на рейдере их было восемнадцать. И все не ниже 7-го класса. А управляющий искин был 9-го класса. Пройдя один раз практику на этом корабле среди всех прочих, Андрей навсегда влюбился в этот корабль и хотел служить лишь на нем. Он был согласен на любую роль пилота штурмовика, канонира, техника или любую другую. Лишь бы это был рейдер.
Тем не менее, перед тем, как принять окончательное решение, точнее его озвучить, Андрей во время увольнительной на станции связался по частному коммерческому каналу со Стариком. Им нечасто удавалось видеть друг друга, все же режим службы, да и стоимость коммерческих разговоров по гиперсвязи не предполагал частого общения, но старик неизменно оказывался в курсе всех его дел и успехов. Выслушав внимательно Андрея, Старик почти сразу же подтвердил его выбор. Андрею даже показалось на какой-то момент, что сделай он иное предложение, Старик попытался бы его переубедить.
- Это то, что тебе нужно, мальчик. Ты молодец. Лучший выбор ты сделать не мог. Служба на рейдере позволит тебе в кратчайшие сроки освоить до профессионального уровня на практике все основные флотские специальности. Только не забывай подкреплять практику теорией. Как у тебя с базами?
- Все на 4-м уровне, часть уже на 5-м.
- Отлично, но не успокаивайся на достигнутом. К концу службы надо иметь 6-й по всему спектру. Тогда я буду за тебя полностью спокоен.
- Постараюсь.
-Удачи. И я по-прежнему тебя жду. Да, кстати, почти наверняка на тебя выйдут представители СБ с предложением работы на них. Не отказывайся, но соглашайся только на должность внештатного сотрудника. Полный отказ их рассердит и может принести немало проблем в будущем. А согласие на внештатную эпизодическую работу должно устроить. Единственно, что ты должен оговорить, это свое обязательное предварительное согласие перед каждым заданием. Ну и пообещать разумную инициативу со своей стороны, если с чем-то таким, что СБ будет интересовать, столкнешься.
- Понял. Местный особист уже ходит кругами, но пока на откровенный разговор не вызывал.
- Вызовет еще, но ближе к окончанию контракта. Сейчас ты и так под контролем. А вот после завершения контракта с таким уровнем знаний можешь  представлять для ник как интерес, так и опасность.
Проблем с назначением Андрея на рейдер, слава богу, не возникло. Еще больше Андрея порадовал тот факт, что назначение состоялось на экспериментальный корабль 9-го поколения, которые только-только стали продаваться из Центральных миров и то за сумасшедшие взятки. Причем, Андрею явно повезло. Корабль был поистине революционный в своей модернизации. Его экипаж составлял всего шесть человек. И предназначался он для очень длительных, до полугода, самостоятельных полетов. Поскольку подразумевалось, что эти полгода корабль явно будет проводить не в мирах Империи, а скорее всего даже за границами фронтира, то он был оснащен мини-установкой для выработки топлива. Эта установка представляла собой автоматизированный дроид-добытчик, способный опускаться в атмосферу газовых планет-гигантов и закачивать из нее сжиженную топливную основу, которая потом дорабатывалась с помощью различных катализаторов в перерабатывающем комплексе установки уже на корабле. Явно выраженная заточенность корабля на длительное одиночное плавание вдали от цивилизации резко снизили его привлекательность для подавляющего большинства кадровых офицеров флота. Поскольку их служба в отличие от Андрея не ограничивалась пятью годами, а представляла собой всю их жизнь, то они предпочитали карьеру на станциях или, по крайней мере, в составе сильных эскадр. Риска на порядок меньше, комфорта существенно больше. Так что свое место на рейдере Андрей получил почти без боя и без особого давления со стороны адмирала. Те, кто хотели составить ему конкуренцию, уступили в расчете на то, что через три года после окончания его смогут занять его место без таких усилий. А заодно за это время на корабле проявятся все неизбежные «детские болезни» и летать на нем станет намного безопаснее.
Опыт, который за три года службы на рейдере приобрел Андрей, трудно было переоценить. Он в полной мере прочувствовал работу пилота, навигатора, орудийного стрелка-наводчика, техника-ремонтника, оператора станции по добыче и производству топлива. Пять полноценных длительных рейда познакомили его со всеми особенностями разведки во вражеских системах, напичканных датчиками-сканерами, дали опыт борьбы с гравитационными аномалиями в неизученных системах свободного космоса. Он громил пиратские станции в дальнем фронтире и картографировал по заданию флота новые системы. Дважды освобождал рабов из рук аварских работорговцев. Выучил полные 6-е ранги всех закаченных ему баз, самостоятельно за свои деньги закупил и изучил базы «Инженер» 6-ранг, «Геология» - 5-й ранг, «Хакер» - 6-ранг, «Производство» - 6 ранг. Эти базы помимо военных были рекомендованы ему Стариком.
Расставание с флотом прошло грустно, но довольно буднично. Было жаль покидать хороший слетанный экипаж рейдера, у Андрея со всеми офицерами завязались хорошие отношения. Его уговаривали, конечно, остаться. Предлагали повышение в звании, должности и прекрасные перспективы. Но все это без особого огонька, все заранее знали о его намерении завершить службу по окончании контракта. Как Старик и предупреждал, у Андрея состоялся неизбежный разговор с офицером СБ. Неожиданностей не возникло, особист довольно спокойно воспринял его желание не переходить на штатную работу, но согласие на роль внештатного сотрудника с правом согласования заданий. Это согласие ему и было нужно в первую очередь, так как показывало полную лояльность Андрея Системе. По плану прошло и «удаление» из памяти Андрея секретных баз диверсионно-разведывательной и кибернетической направленности. Холостая работа оборудования обошлась Андрею почти в 20% накопленного за годы службы капитала, а накопить удалось более двух миллиона кредитов, но Андрей был доволен.
Через пять лет и десять дней, ушедших на все процедуры расставания с флотом, Андрей стоял за воротами базы на станции все той же системы Бласт, откуда начал свою военную карьеру, и вдыхал воздух свободы. Чувство было довольно забавным. Впервые за долгий срок он никому ничего не был должен. Отсутствовали задачи, приказы командиров, не надо ежесекундно было ждать рев боевой тревоги. Это чувство пьянило, но одновременно отдавало пустотой. Еще вчера он был членом огромной сплоченной команды, обладавшей неимоверной мощью. А сегодня он один.
- Один, совсем один, только Блохин и Шенгелия, - вспомнилась ему давняя, засевшая с детства в память смешная оговорка главного советского спортивного комментатора Озерова.
- Кстати, пора позвонить Старику. – О том, чтобы не возвращаться к нему, а начать собственный путь по жизни, Андрей даже не думал. Хотя и серьезно волновался. Все же пять лет прошло. Старые симпатии это прекрасно, но как сложится все сейчас, непонятно. О том, что Старик не будет встречать его на станции, он знал заранее. И прекрасно понимал причины. Чтобы ни думал Старик на его счет, но он держал свое слово, оставляя выбор за Андреем.
- Ладно, сначала встреча со Стариком, выяснение всех обстоятельств и перспектив, потом будем думать и принимать решение, - решил он и бодро направился к узлу гиперсвязи.
promo chipstone january 25, 2012 09:41 16
Buy for 10 000 tokens
Совершенно не думаю, что кому-либо стоит это делать. Но если вдруг окажется невтерпеж, то это очень дорого. 10800 жетонов сразу. Просто, чтобы не было дурных идей.

Comments

( 5 comments — Leave a comment )
millord
Oct. 31st, 2014 04:38 pm (UTC)
некоторые слова
Читаю с большим интересом.

"всех расхожих ужасах об этом этапе становления воина, происходящее очень осмысленно"
"осмысленно" в этом контексте очень коробит. Возможно лучше - целесообразно, продумано?

"Слабые ломаются. Иногда ломаются фатально. Но таких подавляющее меньшинство."
"подавляющее меньшинство" - вообще никак не звучит.
chipstone
Oct. 31st, 2014 04:42 pm (UTC)
Re: некоторые слова
Спасибо за замечания. Подумаю, как лучше отредактировать.
Vаu!Dорожник
Oct. 31st, 2014 06:42 pm (UTC)
Re: некоторые слова
"Подавляющее меньшинство" звучит.
Но по отношению к диктатуре сексуальных извращенцев на Западе, к примеру.
philarmon
Nov. 1st, 2014 01:59 am (UTC)
Часть первая.

От идиотов замечания принимаются?

Отрывок размещаю, как цитату, но, чтобы не занимать много места, в скобках буду писать свои идиотские наблюдения...

«...Начало было традиционным для любой (ого) армии (общества) мира из любого времени. У этого периода есть множество названий, давильный чан, плавильный котел и куча других не менее красочных определений. Суть одна. Из новобранцев (рождённых) выжимают все соки и силы, доводя до пределов их физических и моральных возможностей, а иногда и заходя за эти пределы. При всех расхожих ужасах об этом этапе становления воина (человека), происходящее очень осмысленно и совершенно не является проявлением чьего-то злого умысла. Цель этого этапа отнюдь не в том, чтобы показать новобранцу (ребёнку, постепенно) всю ничтожность его личности, втоптать в грязь или, хуже того, довести до самоубийства. Самая первая задача любого сержанта-держиморды (социально значимой личности) это отучить новобранца (ребёнка, постепенно) думать и рассуждать. И научить вместо этого мгновенно подчиняться команде. И опять не для того, чтобы сделать из него бездумную скотину. Просто иначе из неорганизованной толпы гражданских обалдуев, каждый из которых думает, что «круче только горы» и неважно в какой области, бойцов, а тем более единое войско (общество) не создать. Один самый красивый, другой самый умный, третий самый сильный, самый сексуальный, самый оригинальный, самый талантливый …. Самый, самый, самый. Этих самых всегда даже больше, чем бойцов (людей). Если такую толпу повести в бой (поставить перед обществом задачу), то вернется едва один из сотни (то ничего не выйдет). Уставы (правила жизни в обществе) не случайно писаны кровью. За каждым армейским (жизненным) правилом реально стоят многие тысячи смертей, своим примером указавших на ошибки. Правило «трясти, а не думать» отнюдь не такое идиотское, каким кажется в анекдотах. И оно тоже вписано реками крови.
Помимо выбивания из голов новобранцев (детей, постепенно) всяких дурных мыслей «о себе любимых» их прессование на начальном этапе имеет и еще одно важное значение. В подавляющем большинстве случаев человек чего-то не может только потому, что внутри себя он точно знает, что этого он не может. Или хотя бы думает, что не может. И такое «знание» является самым главным тормозом для развития, для преодоления себя и выхода на новый уровень. Заставляя новобранца (ребёнка, постепенно) делать, а не рассуждать, выбив из него все мысли и вынудив реагировать на команды на уровне инстинктов, тот же сержант-держиморда (социально значимая личность) снимает у него все внутренние тормоза и преграды. Солдат (человек с возрастом в районе 20 лет) больше не знает, что он умеет, а что нет. Что знает, а что нет. Он просто делает то, что ему приказано делать, делает с напряжением всех сил, физических и духовных. И уже за счет этого добивается на порядок лучших результатов. Конечно, у этой системы, как и у любой другой, есть свои минусы и недостатки. Слабые ломаются. Иногда ломаются фатально. Но таких подавляющее меньшинство. Все прочие, пройдя все круги армейского ада (жизненного обучения), становятся гораздо сильнее. И тоже не только физически. В первую очередь закаляется их дух. Из слабых беспомощных штафирок они становятся людьми, которые точно знают, что им нет равных, как не бывает невыполнимых задач. Они становятся воинами (гражданами в истинном понимании). С точки зрения системы взглядов, при которых каждая человеческая жизнь священна, а каждая личность уникальна и должна быть защищена от любых трудностей и проблем, военная (такая) система воспитания ужасна и не имеет права на существование. И тем не менее, для армии (общества), задачей которой является в ограниченное время подготовить бойцов (каждого человека) к дееспособной защите своего народа и государства, это единственный выход. И жизнеспособность самого государства напрямую зависит именно от того, есть ли у нее такая дееспособная армия (дееспособное общество)...»

«Подредактированной» цитате конец.
Если я нарушил логические параллели, то с удовольствием поправлюсь...



Edited at 2014-11-01 02:04 am (UTC)
philarmon
Nov. 1st, 2014 02:00 am (UTC)
Часть вторая.

Писателям проще, даже в написании черновиков.
Мысли на бумагу, а если кто и «ткнёт пальцем», так всегда можно сказать, мол, да, это мысли мои, но это ведь книга, а не аналитика...

Вот тут-то малодушие и видно.

Заметьте, я у себя в блоге на всё и всех смотрю именно как «что сделал человек, чтобы сделать из новорождённого и до его 20-25 лет настоящего гражданина своей страны?» и «рассматриваемое событие «продвинет» общество к появлению граждан, а не псевдо-граждан?»
(тактика и стратегия...)

Это не призма (искажение), это не зеркало («обратное» отображение)
Это «встраивание» в мысли, психику, глаза, уши написавшего какой-либо текст, книгу, дающего интервью, снявшего фильм, работающего или работавшего в правительстве...

Как думаю я? Как в отрывке, но только это касается и «подлинного» текста и, одновременно, и текста в скобках. Это классические параллели.
А теперь ответьте мне на вопрос: как человека можно считать идиотом, если он дополнил описание Вашей же «левой» руки, добавил то, что Вы не увидели или «не захотели» (боитесь?) увидеть?

Непринятие чужого мнения признак идиотизма, согласен.
Но я не мнение не принял, а пропаганду (правду, но не полную), выхваченные из контекста заслуги, текст из дифирамбов.

Между тем, каждую секунду, не то что день, надо использовать.
Вы лучше меня разбираетесь в устройстве общества. Именно поэтому Вам не простительны поверхностные тексты.
Иначе получается парадокс:
Вы, зная, пишете «о лёгком»...
Я, не зная, пишу о правде...
На просьбу помочь мне слышу только «да я вообще погулять вышел...» и «Смирись...»

Где-то этак с годик назад я написал Бабченко, что стыдно ему будет, спустя время, именно перед своей дочкой, ради которой он, типа, и хочет изменить общество.
Вам стыдно будет перед всеми думающими людьми.
За то, что не помогли, зная больше...
За то, что «виляли» и «юлили»...
За то, что защищали и пропагандировали ложные цели...

Отговорки не помогут, что написано пером...
Ключевой должна быть фраза "так надо, потом поймёшь"

Edited at 2014-11-01 03:24 am (UTC)
( 5 comments — Leave a comment )

Profile

chipstone
chipstone

Latest Month

August 2017
S M T W T F S
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Paulina Bozek